Когда в социальных сетях появилась публикация о том, что в Иране не было построено ни одной больницы после Исламской революции 1979 года, многие молодые люди, не имеющие реальных знаний об эпохе Пехлеви, с энтузиазмом поставили лайк и поделились ею. Но простой поиск в интернете показал бы, что в 1979 году в Иране насчитывалось 550 больниц и медицинских центров. Сегодня их более 49 000.

Те, кто попал под эти чары, освоили другой ритуал. Они направили камеры своих телефонов на каждый уголок страны, преувеличивая каждый недостаток. Они стали бесценным инструментом в руках «Iran International» (Иран Интернешнл), самопровозглашенного культа внутри Ирана, который снимал и фотографировал каждое происшествие. К 2026 году сеть «Iran International» была уже готова пожинать плоды своих усилий.

В Мосгорсуде обнародовали содержание иска прокуратуры Москвы к структурам уголовного блогера Алексея Навального.

Ровно тридцать лет назад в ходе разгона молодежной демонстрации в столице Чехословакии был зверски убит пражский студент Мартин Шмид. Его гибель стала толчком, превратившим студенческие волнения в «бархатную революцию», приведшую к крушению строя и исчезновению Чехословакии как таковой.

В бесконечный список «цветных революций» добавился очередной латиноамериканский переворот, лишивший поста президента Эво Моралеса, лидера Боливии.

Ещё одна страна пала под ударом хаоситов.

Сценарий событий оказался традиционным: выборы, проигрыш проамериканского оппонента, упрёки к власти в фальсификациях, демонстрации, колебания силовых органов и армии с постепенным переходом их на сторону мятежников, отставка президента. Всё настолько привычно, что аж противно. Учитывая провинциальное захолустье места действия, в Вашингтоне решили не баловать зрителей какими-то сюжетными новинками – «и так сойдёт».

Интересная теория о текущем направлении развития концепции цветных революций.

DDoS — революции

Просили прокомментировать ситуацию в Армении и то, что происходит сейчас в Ереване. Если честно не очень хотелось это делать, просто потому что я не специалист по армянской политике, но потом я заметил два важных момента, связанных с тем, как российское общество реагирует на армянские события и решил что вот об этой реакции поговорить действительно нужно. Я, да и не только я, заметил, что сейчас, если посмотреть на российские СМИ и особенно на российские соцсети, то отношение к тому, что происходит в Армении не сказать что равнодушное, но такое как бы лишенное эмоций. Это в прошлые годы у российского общества и пользователей соцсетей было очень большое желание вникать в то, что происходит на Украине, в Армении или еще где-нибудь, где разворачивался сценарий более-менее похожий на цветную революцию. Сейчас такого интереса и такого желания нет. Но тут я хочу сделать важное уточнение и подчеркнуть, что очень неправы те, кто говорят, что россиянам пофиг. Нет, россиянам не пофиг, они просто устали. Вот просто устали. Русские – добрые люди, и я не знаю другого настолько великодушного и неравнодушного народа, но есть такая штука, как банальная эмоциональная усталость.

ЕРЕВАН, 23 апр – РИА Новости. Десятки людей в военной форме присоединились к акции против избрания премьером экс-президента Сержа Саргсяна, передает корреспондент РИА Новости.

В Армении, типа, цветная революция. Опять.

Смотрю — отзывов на это событие с гулькин нос.

Для полноты картины следовало бы еще их разделить на цветные революции первой и второй версии.

Основное отличие 2-й волны цветных революций заключалось в том, что архитекторы этих процессов по смене неугодных США режимов, отказались от принципа ненасильственного захвата власти, который постулировался как один из краеугольных камней технологии по захвату власти в других странах.

Мирные протестующие против кровавых автократов вынуждают последних уступить без борьбы. Так было до 2005, когда Лукашенко разогнал белорусский "недомайдан", а в Андижане банально расстреляли толпу из пулеметов. Выяснилось, что если власть не поддается на медийное и политическое давление и готова применить силу, то технология не работает.

Выводы были сделаны и от принципа "ненасилия" отказались, что и обусловила последовавшую вслед за этим кровавую бойню на Ближнем Востоке, Северной Африке и на Украине, где на смену "мирным митинговальникам" пришли фашистские отряды или исламистские фанатики, выступившие в авангарде "борьбы за свободу и демократию".

В итоге, схема стала более практичной, но вместе с тем она потерпела полное идеологическое фиаско.

Радикальное крыло антиправительственного лагеря ведет подготовку демонстраций, которые чреваты столкновениями с правоохранительными органами, отметил во внешнеполитическом ведомстве.

Ситуация в Венесуэле развивается по сценарию "цветной революции". Такую оценку событиям в этой стране в пятницу дали в МИД РФ.

В Египте был осужден первый бывший глава государства, пришедший к власти в результате курировавшейся мировой сверхдержавой "цветной революции"

Цитирую:

«Уголовный суд Каира под председательством судьи Мухаммеда Ширина Фахми приговорил бывшего президента Египта Мухаммеда Мурси к пожизненному заключению за шпионаж в пользу Катара»

Могут ли «протест дальнобойщиков» использовать как репетицию «Автомайдана»?

— Могут, и некоторым этого очень, оч-ч-чень хочется.

Нет, я не утверждаю, что протест безоснователен. Сама система «Платон» (знаю через знакомого, который участвовал непосредственно в её разработке) – ужасна и крива, а с учетом качества автодорог водители с негативом относятся к любым автотранспортным налогам. Я тоже принадлежу к их числу.

Однако, принцип оплаты километража большегрузов не нов. В той же Европе (куда так стремятся наши либералы) фуры платят давно, и, как вы понимаете, больше. В Германии, например, грузовики весом от 12 тонн и выше платят от 14 до 29 евроцентов за километр (соответственно от 9,88 до 20, 41 рубля за км), во Франции – от 11 до 15,5 евроцентов (на наши от 7,7 руб. до 10,1 руб).

Казалось бы, бастуют и бастуют, если бы не несколько красноречивых моментов. Например, участие в протестах болотной оппозиции и организации «ТИГР» (г. Владивосток) – которая замечена в сепаратистской активности, а также в характерной политизацией «движения дальнобойщиков». В этой связи я хотел бы задать несколько риторических вопросов, которые сразу пришли мне в голову: